Category: дети

бдыщ

*

гомофобия по натуре все-таки похожа на страх темноты
потому что ровно столько же в ней логики
но почему-то страх темноты люди не выдают за Позицию и отлично осознают, что это страх, не поддающийся аргументации
и уж всяко не стремятся этот страх проповедовать
а гомофобы все как один идейные

вот почему нет идейных темнофобов?
свет – это естественно, а темнота — противоестественна!
почитайте любые старые книги, там понятно, что темнота создана не для людей!
даже в библии написано: да будет свет, а не да будет мрак!
каждый с пеленок знает, что в темноте Скрываются Монстры!
считаете темноту нормальной — ради бога, но я лично своим детям всегда включаю ночничок!
а если мой ребенок захочет посидеть в темной комнате, я выебу ему весь мозг и свожу к психиатру, а не поможет — значит, он не мой ребенок

не, нуачо
summer

*

У меня все руки в пыли, а вся голова в ностальгии.
Я разгребаю семейные архивы. Меня прёт рассматривать старые фотографии -- там такие костюмы-шляпки-туфли-фоны! Лица-позы! И старые письма перечитывать тоже прёт. Так что ближайшее время, боюсь, только об том писать и буду. Потому что событиями моя жизнь скудна, вот разве что нынче ночью приснилось, что меня в дурку везут. А я не против ничуть. А во дворе дурки -- курицы и козы пасутся. В общем, ну его нафиг. Collapse )
summer

*

Один мальчик считал себя шибко честным. И всеми доступными способами демонстрировал нетерпимость к всевозможной неискренности вокруг себя. Когда неискренности не хватало, мальчик её высасывал из пальцев. Пальцев у мальчика было много, поэтому он был постоянно окружён кляузниками, лжецами, льстецами, клеветниками и прочими негодяями. Мальчик раздувал их прегрешения, как Шрек -- жабу; мальчик живописал уродства и мерзости не хуже Иеронимуса, мальчик ярился как Дон Кихот перед мельницей...

Иногда его кто-нибудь с интересом спрашивал: постой-постой... а, собственно, ГДЕ? или хотя бы -- КТО? -- тогда мальчик делал загадочное лицо и отвечал что-то в духе "ну, что ж я могу поделать, раз вы столь слепы". Кстати, утверждал, что и сам небезгрешен (мальчик-то был, как упоминалось, честный). Однако в чём он видел собственные погрешности -- оставалось для окружающего мира загадкой. Потому что ежели кто к нему с претензией или критикой подкатывал, так мальчик сразу объяснял, что это-де ты, мил-человек, потому что сам такой, вот по себе и судишь, уж где твоим суетливым извилинкам меня постичь. Мои-де прегрешения -- иного масштабу будут. В общем, странный был мальчик. Но пиздел местами увлекательно.

*
А, ещё была одна девочка. Не сказать, чтоб любительница в грязи покопаться. Но несчастья и безобразия у неё отчего-то получались живее и ядрёней, нежели всякие там литературные сибаритства и славословия. Да и -- чего там говорить -- грязное бельё народом куда востребованнее как жанр. И девочка на эту самую востребованность подсела -- почище, чем с иными наркотиками случается. Обосрёшь кого-нибудь -- хоба, десять френдов прибавилось. Выступишь с протестом или возмущением -- хоба, ещё десять. А напишешь какой повседневный дыбр про блинчики с мясом или детские сопли -- хоба, минус пятнадцать. Девочка в ужасе принялась коллекционировать ужасы и упражняться в злоязыкости, забив на блинчики с мясом и детские сопли. Муж с голодухи перестал ночевать дома, а ребёнка забрали к себе родители. Это добавило девочке адреналину, который весьма способствует харизматичному буквописанию. Говорят, скоро попадёт в "тысячники".

*
А ещё один мальчик утверждает, что сам он в жопе, а жопа у него -- в голове. В попытках постичь сию анатомию я даже сожгла картошку. А одна девочка прислала мне только что в аську сообщение следующего содержания: "факи факи иже херувимы". На этом я, пожалуй, заканчиваю вещание от греха подальше -- и возвернусь к своим аппаратным модулям.