Category: литература

summer

*

Какие у вас любимые кулинарные книжки? Вот чтобы что ни рецепт — то офигеть как вкусно.

Мы любим "Ведическую кулинарию" by Бхактиведанта Бук Траст, которую Мите впарили на улице кришнаиты, и The Vegetarian Cookbook, который нам подарила Ирка. Ещё, кажется, хорошие гастрономовские "Про супы" и "Про специи", но мы из них пока мало чего готовили, и суп из раков, например, взял и выкипел, хотя всё делали по рецепту — но кое-какие другие рецепты были прекрасными.

(Ещё я мечтаю, чтобы Леонардовна написала книжку с рецептами!)
summer

*

Покойного звали Николай Николаевич Тырнов.

Живых родственников, по-видимому, нет — умер один, в квартире, где его и нашли. Квартиру забрало государство, вещи вынесли узбеки. Под вечер, когда они увидели, что мы разбираем хлам, притащили коробки и начали сваливать туда книги — не глядя. Может, букинисту отнесут. Николай Николаевич был старшим инженером какого-то трамвайного участка, что ли. От него осталась куча трамвайных билетиков и каких-то обходных документов, тематические стеклянные диапозитивы "Неорганизованный пешеход — виновник аварии" — Ом, если бы ты раньше написала, я бы взяла, там да, типографика. Среди пачек фотобумаги оказалась закопана "Хроника текущих событий". На коллекции бумажных денег педантично написано: "Купюр, имеющих хождение, нет". Жаль, что фотоаппарат сел невовремя — я хотела днём выложить фотографий этих контейнеров, чтобы было видно, что это нифига не мусор, а овеществлённая жизнь. Я, оказывается, помню Николая Николаевича, это был старичок в белой кепочке, который выходил только летом и дрожал на ветру, — я узнала его по фотографии на каком-то выброшенном удостоверении.

Вот так идёт, идёт чьё-то время, потом уходит, уходит, а потом однажды останавливается, и какие-то незнакомые люди подбирают и уносят к себе домой будильник, которым ты его мерил.

Царствие небесное, что ещё скажешь.



P.S.: Девушка в красной куртке, я хотела вас позвать выпить чаю, но когда спустилась, вы куда-то сгинули. Вы кто?
summer

*

У моего подъезда стоит контейнер, в котором валяются тома из прижизненного издания Маяковского и почти полное собрание "Детской литературы". Мы только что оттуда вытащили подшивку газеты "Правда" за военные годы, охуенный будильник, табличку "Уходя, гасите свет" и нераспакованный набор игл к стеклянным шприцам. И там ещё дохрена всего — какие-то формы и документы странные, бланки, карты-схемы.

Если кто любит раскопки чужого хлама — Большая Серпуховская, дом 31 корпус 2. Книги там реально хорошие. Завтра всё увезут.
summer

*

Жили у бабуси два весёлых гуся?

Жили у Пульхерии два весёлых Берии.
Жили у Наташи два торговца гашем.
Жили у Василия два борца с насилием.
Жили у Федота два весёлых гота.
Жили у Филата два самца примата.
Жили у Ивана два враждебных клана.
Жили у Гомера два английских пэра.
Жил у Александра кустик олеандра.
Жили у Татьяны два придурка пьяных.
Жили у Максима два весёлых мима.
Жили у Марии два безглазых вия.
Жило у Иакова очень много всякого.
Жили у Матфея гоблин, тролль и фея.
Жили у Бидструпа два весёлых трупа.
Жили у Амалии две пизды без талии.
Жили у Панкрация два мента и рация.
Жили у Армена два серьёзных мена.
Жили у Вахтанга два танцора танго.
Жили у Портоса три кило кокоса.
Жили у Андрона слуги Саурона.

Вот как, вот как, серенький козлик.
Зелёненький он был.
Присоединяйтесь?

*
Присоединились: http://irdr.livejournal.com/456333.html
http://miss-yazva.livejournal.com/11174.html
http://nadeyka-sh.livejournal.com/73876.html
summer

*

Один мальчик считал себя шибко честным. И всеми доступными способами демонстрировал нетерпимость к всевозможной неискренности вокруг себя. Когда неискренности не хватало, мальчик её высасывал из пальцев. Пальцев у мальчика было много, поэтому он был постоянно окружён кляузниками, лжецами, льстецами, клеветниками и прочими негодяями. Мальчик раздувал их прегрешения, как Шрек -- жабу; мальчик живописал уродства и мерзости не хуже Иеронимуса, мальчик ярился как Дон Кихот перед мельницей...

Иногда его кто-нибудь с интересом спрашивал: постой-постой... а, собственно, ГДЕ? или хотя бы -- КТО? -- тогда мальчик делал загадочное лицо и отвечал что-то в духе "ну, что ж я могу поделать, раз вы столь слепы". Кстати, утверждал, что и сам небезгрешен (мальчик-то был, как упоминалось, честный). Однако в чём он видел собственные погрешности -- оставалось для окружающего мира загадкой. Потому что ежели кто к нему с претензией или критикой подкатывал, так мальчик сразу объяснял, что это-де ты, мил-человек, потому что сам такой, вот по себе и судишь, уж где твоим суетливым извилинкам меня постичь. Мои-де прегрешения -- иного масштабу будут. В общем, странный был мальчик. Но пиздел местами увлекательно.

*
А, ещё была одна девочка. Не сказать, чтоб любительница в грязи покопаться. Но несчастья и безобразия у неё отчего-то получались живее и ядрёней, нежели всякие там литературные сибаритства и славословия. Да и -- чего там говорить -- грязное бельё народом куда востребованнее как жанр. И девочка на эту самую востребованность подсела -- почище, чем с иными наркотиками случается. Обосрёшь кого-нибудь -- хоба, десять френдов прибавилось. Выступишь с протестом или возмущением -- хоба, ещё десять. А напишешь какой повседневный дыбр про блинчики с мясом или детские сопли -- хоба, минус пятнадцать. Девочка в ужасе принялась коллекционировать ужасы и упражняться в злоязыкости, забив на блинчики с мясом и детские сопли. Муж с голодухи перестал ночевать дома, а ребёнка забрали к себе родители. Это добавило девочке адреналину, который весьма способствует харизматичному буквописанию. Говорят, скоро попадёт в "тысячники".

*
А ещё один мальчик утверждает, что сам он в жопе, а жопа у него -- в голове. В попытках постичь сию анатомию я даже сожгла картошку. А одна девочка прислала мне только что в аську сообщение следующего содержания: "факи факи иже херувимы". На этом я, пожалуй, заканчиваю вещание от греха подальше -- и возвернусь к своим аппаратным модулям.
summer

*

Вы как называете комнаты в своём доме?
У меня вот их три, и хотя по сути одна -- гостиная, другая -- спальня, а третья -- склад, я их по старой привычке называю "мамина", "у бабушки" и "моя". Хотя ни мамы, ни бабушки тут давно нет. А в детстве мамину называли "большая", а ещё-не-мою -- "библиотека".